Встаем на сей раз без приключений, попозже, так как на утреннее сафари не поехали, решили выспаться. После завтрака есть немного времени и мы садимся на террасе любоваться прекрасным видом реки Чобе, состояние благодушно-созерцательное. И тут случилось одно очень неприятное происшествие, которое мы вспоминаем иногда до сих пор. Раздается свист крыльев, какая-то тень падает сверху прямо на дерево неподалеку, мы видим взмывающего вверх ястреба и понимаем, что он остался без добычи. Но все оказалось значительно хуже. Слышим громкое хлопанье крыльев и видим, как бьется лесной голубь, пытаясь взлететь с ветки. Не понимая, что происходит, бежим за биноклем, наводим и … становится ясна картина происшедшего. Несчастный голубь в отчаянной попытке скрыться от ястреба не рассчитал точность приземления и случайно нанизался крылом на огромную иглу акации и сейчас всячески старается освободиться. Помочь, немедленно помочь - бьется судорожно мысль. С земли не достать, высоко. Немедленно бежать за стремянкой мелькает в голове. Но потом приходит отрезвление – дерево усеяно здоровенными шипами, голубь висит метров 15 над землей, и уклон в этом месте градусов 40, загреметь можно ого-го, а если попасть на шип, то госпиталь обеспечен. Да и голубь уже практически перестал биться и безжизненно повис на сломанном крыле. То, что оно сломано видно стопроцентно по его неестественной позе, поэтому даже если мы его спасем (ценой собственной жизни) ему не выжить в условиях естественного отбора. Все эти прагматические соображения конечно верны, но почему же так неприятно щемит где-то в груди и горький осадок остался так надолго?
С такими грустными мыслями мы покидаем «Мученья Лодж (а ведь это название мне пришло на ум задолго до этого происшествия). Дорога назад в аэропорт была похожей на дорогу в парк, мы останавливались, рассматривали животных, но получать удовольствие на 100% мешал осадок от случившегося недавно. Хотя мы и увидели птицу-секретаря, занесенную в красную книгу. Перелет до Дельты Окаванго прошел без всяких приключений, за исключением того, что наш небольшой самолетик садился и взлетал несколько раз. Это объясняется тем, что наземное сообщение не всегда возможно, и самолеты выполняют роль рейсовых автобусов как для туристов, так и для местного населения. Наконец мы сели на свой аэродром (в парках аэродромы всегда грунтовые). Встретивший нас рейнджер был малоразговорчив (потом мы узнали, что он недавно работает и стесняется).
По дороге возле нашего кемпа увидели большого слона, который невозмутимо обламывал ветки с дерева , растущего около дороги. По приезду в кемп, который по-русски звучал не очень благозвучно: «Каканака» (слава Богу хоть слитно, а не раздельно), нас встретила радушная негритянка, быстро исполнившая все формальности и поселившая нас в домик (палатку). Здесь самое время сделать отступление и рассказать о различиях между
лоджем и кемпом. На фотографии кемп, в котором мы жили в Окаванго. Он представляет собой большую палатку, стоящую на помосте из свай, в которой помещаются: большая двуспальная кровать, шкафы для одежды, прикроватные тумбочки и все, что обычно бывает в номере. Номер герметичный, входная дверь застегивается на молнию, по бокам окошки из сетки, которые можно закрыть опустив полог. Дальше интереснее: с задней стороны дверь ведет в туалетный блок, где есть унитаз, душ и умывальник, но все это имеет наверху сообщение c улицей, то есть не герметично (кстати, в этом есть особый колорит). В туалетном помещении ночью постоянно горит керосиновая лампа, так как электричество дается только днем для зарядки кино-фото аппаратуры (к сожалению электростанцию в заповеднике не поставишь). Территория кемпов не огораживается, поэтому вся живность может беспрепятственно ходить туда-сюда. Кемп мобилен – его можно быстро разобрать и перенести на другое место или временно убрать по каким-либо обстоятельствам (наш зимой снимают по причине разлива Окаванго и снова ставят весной). Лодж же представляет собой капитальное сооружение и часто огорожен сеткой или забором, хотя и не всегда (пример «Мученья лодж»). И в лоджах и в кемпах всегда есть горячая и холодная вода, необходимый запас продуктов и напитков (многообразию последних я лично всегда удивлялся).
Ну да продолжим наше повествование. Заселились мы в кемп и пора бы ехать на вечернее сафари, но моя переводчица заявляет, что ее утомили эти автобусные перелеты и она категорически отказывается сафариться ( потом она страшно пожалела об этом). Никакие уговоры не помогли и я, захватив фотоаппарат, направился на полдник для прилетевших. Слегка подкрепившись я и чудесная парочка англичан-пенсионеров ( из всего количества западных туристов не менее 50% составляют пенсионеры, ау, президент и правительство) погрузились в машину и поехали. Сразу же на выезде мы увидели антилопу бушбока, кстати тоже очень редкую. Умная антилопа таким образом спасалась от хищников (жила возле кемпа).
Пейзаж Окаванго отличается от пейзажа парка Чобе. Здесь чередуются участки заросшие деревьями с открытыми пространствами лугов и протоков дельты. Обзор гораздо лучше, видно дальше и можно заметить животных издалека, хотя местами высокая трава мешает обзору. Подъезжаем к небольшому, наполовину высохшему водоему и видим удивительную картину: посередине плавает импала, но почему то на боку и голову не видно. Оказывается ее убил крокодил и не спеша откусывает куски, даже не показываясь на поверхности. А куда торопиться – ни лев, ни леопард, ни гиена не достанут и не отнимут. Немного понаблюдав за идиллическим обедом, едем дальше, и вот тут-то нас ждала встреча, которая заставила мою супругу пожалеть о том, что она бросила меня на съедение диким зверям. Мы увидели охоту небольшой африканской кошки - сервала.
Сервал намного мельче гепарда, леопарда и тем более льва. Он больше похож на крупную домашнюю кошку, только пятнистую. У сервала длинная шея, огромные уши и море грации и обаяния. У него отличная реакция, он очень часто ловит птиц прямо на лету, но сейчас он охотился едва ли не на самых опасных зверей Африки…-на мышей. Вот он осторожно идет по высокой траве, аккуратно ставя лапки точно туда, где они издадут наименьшее количество шума. Потом замирает, чутко поводя ушами-локаторами, напряженно вслушивается, затем расслабляется и идет дальше. Вся картина повторяется несколько раз, он нисколько не обращает внимания на щелчки фотоаппаратов и звуки подъезжающих машин, только подрагивание больших ушей выдает его неудовольствие (чего еще ждать от этих людей). Наконец, он снова замирает надолго, и я прилипаю к фотоаппарату боясь пошевелиться и…прыжок. Давлю на спуск и (о счастье) мне удается снять сервала на лету. Мой щелчок был единственным, и я принимаю поздравления и ловлю на себе завистливые взгляды из соседних машин. Мои английские спутники просят показать кадр, и я со снисхождением бывалого фотографа разрешаю им разделить мой успех. Они восхищенно покачивают головами и я вырастаю в их глазах несмотря на незнание языка.
Вот вы видите этот кадр. Судьба жестоко наказала меня за гордыню, и снимок получился «смазанным». Помещаю рядом хороший снимок, но на земле. Сервал, устав от повышенного внимания к своей персоне делает несколько гигантских прыжков и исчезает в высокой траве. Продолжаем нашу прогулку и подъезжаем к еще одному маленькому озерцу, в нем плещется небольшая стая пеликанов. Делаем снимки и вдруг замечаем далеко-далеко двух лежащих
львов, вернее льва и львицу. Но они находятся так далеко, что сделанный снимок я стираю по причине бесполезности. Подъехать нет никакой возможности, так как нас разделяет болото, но встреча с этой сладкой парочкой ждет нас завтра, и я обязательно расскажу об этой опасной встрече и покажу отснятый материал. Солнце клонится к закату и мы поворачиваем в сторону
кемпа, куда благополучно прибываем вовремя. Я с гордостью демонстрирую свои снимки прогульщице и она так долго досадует и переживает свою неудачу, что мне становится искренне жаль ее (я же люблю ее глупенькую). Ужин в Окаванго проходит немного по - другому. Везде зажжены факелы, атмосфера очень романтическая, мы идем по дорожке и наши тени причудливо изгибаются переходя от факела к факелу. Ужин проходит на веранде, нависающей на ближайшей протокой. Сначала как всегда аперитивы, неторопливая беседа и плавный переход к ужину, главным блюдом которого, как вы догадываетесь, становится ваш покорный слуга со своим чудо кадром (фотоаппарат-то я конечно захватил, а то что снимок «смазан» не знал). Хозяином кемпа был обаятельный родезиец, он переехал сюда всей семьей, купил этот кемп и был совершенно счастлив. Охотно делился разнообразной информацией, шутил и балагурил, не забывая следить чтобы все наелись. После ужина нас проводил до кемпа рейнджер, водя фонарем из стороны в сторону и мы вновь увидели нашего бушбока, предусмотрительно перебравшегося поближе с темнотой. За сим спокойной ночи, завтра нас ждут интересные встречи, опасные приключения и красивейшие пейзажи Окаванго.